????? ??????????

??????? ??????? ?????, ???????!!!

?? ?????????? ?? ????? ?????????? ??????????? ?????????? ??????. ???? ?????? ??????? ?????? ??? ??????? ??????????? ?????? ? ?????? ??? ????????????? ?????? ?? ????????? ????? ?????????? ??????. ????? ?? ???????? ?????? ?? ????? ???????, ????????? ? ????????? ???????, ??????? ??????????? ?? ?????, ????????? ?????????? ?? ???????????? ????. ??? ??????? ????? ????? ?????????? ????????? ? ????????????. ?? ??????????? ??????? ???, ????? ??????? ?????????? ?????????? ??? ???????? ??????? ? ???????.

? ?????????, ??????? ????? RELICVIA.RU

Клады нашей сторонки

Кто с детства не мечтал найти клад? Желательно такой, как у капитана Флинта – в большом сундуке, окованном железом, а там – драгоценные камни, украшения! Но можно и попроще – в глиняном кувшине или чугунном горшке. А что? Ведь наши предки были богаче нас, это советская власть сделала всех одинаково бедными. Да, прежде люди жили – не чета нам. Помните рассказы ваших бабушек? Только не тех, которые в юности были комсомолками - постарше, кто еще царя-батюшку видели, и непременно на сон вещавщих внукам: «Вот тогда мы жили богато!»
Подсказка в книге
- Дед перед смертью говорил – клад он зарыл возле деревни! Как начали коллективизацию, все семейные накопления в горшок сложил и закопал в заветном месте. Золото там! – вполголоса горячо шептал мне Лазарь Кузьмич, наш фотокор, человек увлеченный и романтичный. – Я и поляну эту знаю, но большая она, не могу же ее всю перекопать! Миноискатель нужен! Нет ли у тебя знакомого с такой техникой?
Слушая его длинный рассказ, я только отмахивался – мы же не дети искать клады. Да и приборов таких даже в военкоматах нет, к тому же золото миноискатели не берут, им только простая железяка по силам.
Но через много лет появился в наших краях человек с современным металлоискателем. Жаль, Кузьмич к тому времени уже умер, не уточнив, где же, на какой полянке лежит клад его дедушки. Пока другие старожилы вспоминали адреса известных сокровищ, мы с товарищем, назовем его Владимиром, отправились по более известным адресам. Иногда их даже искать долго не надо – достаточно освежить в памяти известные работы по краеведению, например, книгу Михаила Атаманова «Топонимика Удмуртии».
На одной из ее страниц рассказывается история древнего городища на севере Удмуртии. Где-то в 50-х годах его осмотрели археологи, но, видимо, оценили как не очень перспективное. Сколько-то лет городище не трогали, но затем местный совхоз распахал территорию, чтоб не пустовала. Найти это место оказалось очень просто – все историки здешней школы о нем знают, с сожалением рассказывая, как перестала существовать эта достопримечательность.
И вот мы стоим возле древнего городища неподалеку от деревни Удмуртский Караул. Да, великолепное место выбрали для него древние люди – самая высокая точка на местности, во все стороны открывается изумительная панорама лесов, полей, близких и далеких деревень.
- Посмотрите, отсюда одновременно видна телевышка возле Балезино, вышка сотовой связи в Красногорском, а по ночам светится такая же в Юкаменском, - сказал нам местный житель Геннадий, подошедший к дороге в ожидании попутного траспорта.
Действительно, вот она, черная игла далекой телевышки. А ведь до нее по прямой километров пятнадцать, если не больше! Даже если в древности лес тут был погуще и повыше, отлично можно было подавать сигналы, например, дымом костров. Впрочем, только ли удмурты здесь жили?
- Вот тут на бугре когда-то было кладбище, мы его называем татарским, - сообщил Геннадий. – Когда строили дорогу, в грунте находили кости, разные черепки.
Вряд ли это место выбрали для себя татары, достаточно редкие в нашей местности, зато бесермяне тут живут до сих пор. Не случайно названия некоторых местных деревень созвучны с тюркскими словами.
Впрочем, кладбище сейчас совершенно незаметно на местности, поскольку по нему проложили дорогу. Тут же рядом для строительства трассы сделали неглубокий карьер, так что лишь в памяти людей остались древние захоронения. А еще народ рассказывает – из-за того, что дорога прошла по могилам, здесь регулярно происходят автомобильные аварии. О последней напоминает небольшой монумент: на перекрестке с хорошей видимостью столкнулись две машины, погиб человек.
Наш специалист Владимир со своими приборами обходит местность, проводя еще и биолокацию. «Местность обжитая, на месте городища ощущается положительная энергетика, на кладбище – отрицательная», - говорит он. Однако обнаружить какие-то следы древних эпох здесь не удается. Металла под землей немало, но это остатки различной техники, целые листы железа, мелкие гайки и болтики, когда-то отвалившиеся от тракторов, комбайнов.
Заповедный луг
Попутно осматриваем неподалеку еще одно место, указанное в книге Атаманова. Это луг, на который до революции собирались удмурты всего Глазовского уезда! Здесь они приносили жертвоприношения, молились, держали совет. Тоже красивое местечко – луг, леса, небольшая речка, окруженная кустарником. В советские годы тут проводились уже совхозные и районные праздники, перед ними школьники даже чистили территорию от мусора. Но теперь местным жителям не до праздников – дела у бывшего совхоза «Качкашурский» идут неважно. На заповедном лугу пасется скотина, по речке бродят рыбаки. О том, что здесь в прошлом происходили такие грандиозные «форумы», знают только школьные историки, открывавшие книгу Атаманова. Но даже они спорят между собой, на каком берегу речки находилась куала – место молений. А ведь древние удмурты не случайно выбрали для своих встреч именно этот на первый взгляд обычный луг. Видимо, все-таки он отличался особой энергетикой или тут в незапамятные времена было место, чем-то притягивавшее язычников. Их же потомки почему-то довольно быстро забыли свои заповедные места. Я сам, прочитав книгу Атаманова, года три подряд уговаривал активистов «Удмурт-кенеша» сделать выезд сюда. Увы, то транспорта нет, то времени на поездку. Лет через десять никто и не вспомнит, где находится этот заповедный луг, фактически памятник истории и культуры.
Иногда задумываешься – сколько шуму по национальному вопросу, особенно в Ижевске, особенно тогда, когда надо делить власть. А то, что требует простого и бескорыстного внимания, - ветшает, забывается, теряется. Вот так и потеряется
эта достопримечательность.
Жеребенок возле леса
Исчерпав подсказки в научных книгах, мы обратились к местным жителям с вопросом – ну, где тут у вас есть клады, древности?
- Ой, наша деревня всегда бедной была, какие тут клады? – отвечали многие. – Вообще-то есть где-то у нас в огороде бабушкин клад. Но что я соседям скажу, если они увидят, как у нас что-то приборами ищут?
- Помню, в детстве целую горсть патронов выкопал на месте боев гражданской войны! Хотите, покажу? – сказал мой знакомый.
При дальнейших расспросах выяснилось, что место хоть и недалекое, но дорога туда запущенная, местами непроезжая. Между прочим, в разговорах о не столь далекой истории оказалось, что в дореволюционное время дороги проходили частенько совсем не там, где мы их видим сейчас. И многие заметные раньше деревни измельчали, а то и вообще исчезли с карты. Поэтому позарастали стежки-дорожки. О прежних населенных пунктах в лучшем случае напоминают старые могучие тополя. Кроме того, какой интерес сейчас представляют места гражданской войны? На севере Удмуртии в большинстве случаев она была скоротечной. Искать ржавые винтовки и следы окопов там, где когда-то сошлись в бою белые и красные, увы, не столь впечатляющее занятие. Оставим его юным следопытам. Если они еще не побывали на местах боев тогда, когда было в большой чести патриотическое воспитание молодежи.
Но все-таки старые населенные пункты, созданные еще в 19-м веке, обладают большой историей и обязательно хоть какой-то местной легендой, связанной с кладами и другими древними находками. Едем в такое вот старое село Кокман, отпраздновавшее недавно 160-летие, о чем гласит транспарант на въезде. Начиналось оно с купеческой «дачи». Тогда это слово подразумевало не шесть соток с деревянным домиком, а солидный массив леса, отданный (отсюда и слово «дача») в аренду на много лет. Постепенно на купеческом участке появился и стеклозавод, затем его сменила винокурня, пользовавшаяся большой известностью во всем уезде. Сюда обозами возили зерно для переработки в спиртное, его же в свою очередь доставляли по всей округе, в том числе в далекие от Удмуртии губернии. Дорога сюда шла дремучими лесами, а в них, как известно, в старину водились разбойники – чаще всего местные жители, не устоявшие перед искушением пограбить проезжих, в том числе купцов, ехавших на свои «дачи».
- Вон тут раньше стояла деревня Селифоновцы, известная своими разбойниками. Награбленное они прятали где-то неподалеку, в лесу. Рассказывают, что свой клад они тут и оставили. Люди здесь грибы собирают и видели – выбегал из лесу жеребенок, словно звал за собой. А жеребенок – верный признак клада, который кому-то просится в руки, - повествует по дороге наш провожатый.
Правда, где искать в этом бесконечном лесу клад – неясно. Замечательный пейзаж с могучими соснами, однако они, скорее всего, выросли уже при советской власти. И лес тут вырубали, и пашню распахивали. Словом, местность не раз меняла свой облик, даже расположение той разбойничьей деревни не угадывается.
Едем дальше, приглядываясь к старым тополям - верному признаку, что тут когда-то стояли деревни. А клады частенько прятали именно под тополями, поскольку это дерево живет долго, на дрова или на строительство не очень пригодно.
Последний поворот дороги – и мы возле села Кокман. В селе стояла добротная кирпичная церковь, построенная на деньги купцов и заводчиков. Колокол этой церкви был слышен на очень большом расстоянии. После революции церковь закрыли, колокол сбросили, здание постепенно растащили по кирпичикам. Их еще в наше время местные люди использовали на фундаменты своих домов. Сравнительно недавно к селу строили дорогу, при этом спрямили бульдозерами холм возле бывшей церкви. Сразу открылись взгляду остатки фундамента церкви, сложенного из пластов известкового камня (хотя залежей такого камня в округе нет – значит, возили издалека). И еще нашли могилу священника, судя по облачению лежавшего в ней человека. На облачении обнаружилась золотая пуговица.
О, сколько там открытий чудных…
Обходим с металлоискателем место, где была церковь. Прибор показывает нахождение в земле множества кусочков металла. Копаем в одном, другом месте – и быстро находим остатки кованых предметов: куски решеток, дверные петли. Наконец, попадается что-то более внушительное, чугунное, размером с ладонь. Скорее всего, это и есть кусок главного церковного колокола. Судя по закруглению, диаметр у него был не меньше метра – вот и слышался он далеко. Некоторое сомнение у нас возникло по поводу, были ли тогда чугунные колокола? Сейчас, например, такие отлили для новых храмов Ижевска, они заметно дешевле бронзовых, хотя и не такие звонкие. После небольшой дискуссии приходим к выводу – в провинциальном селе колокол, скорее всего, вполне мог быть чугунным. Тут же неподалеку обнаружилась россыпь гильз от «трехлинейки».
- Да, в гражданскую, говорят, здесь проходили белые, даже потеряли в болоте сундук с деньгами, - уверяют местные жители, заметившие наши поиски. – А вон там по огородам постоянно находят старые монеты.
Металлоискатель они предлагают использовать для поиска рельсов от узкоколеек – их здесь по округе было много, во время ремонта металл бросали в лесу, засыпали песком. В перестроечные годы лес возить вагонами перестали, рельсы вот уже лет пятнадцать используют на стойки заборов, сараев вместо быстро гниющей древесины. «В прошлом году были тут двое с самодельным металлоискателем, аккумулятор в сумке за собой носили, а у вас более интересный прибор», - оценили местные люди качество нашего оборудования. Мы быстро обнаружили им в подарок метровой длины рельс и запасной трак для гусеничного ДТ-54.
Ради интереса прошлись по лугу, где прежде стоял дом священника с многочисленными хозяйственными постройками. Увы, обнаружили только остатки фундаментов – кучу кирпичей, более крупных, чем применяются сейчас. Словом, с наскока клады не найдешь, на поиски надо тратить часы и дни, просматривать большую территорию, а для начала собирать все местные легенды.
- Знаю, в нашей деревне дед перед коллективизацией зарыл свои сбережения. Бабушка мне показывала сосну, под которой лежит горшок с деньгами, в том числе золотыми монетами, - убеждала нас знакомая учительница.
Правда, затем выяснилось, что в этой далекой и на сегодня исчезнувшей деревне она последний раз была в далеком детстве. Для верности туда надо свозить ее тетю, которая уж точно знает заветное место.
Услышав наш рассказ о поиске кладов, знакомый краевед сказал:
- В Шарканском районе все леса в ямах. Народ там, возле купеческого Сарапула, до революции жил хорошо. Как пришли к власти большевики – все шарканцы свои сбережения по лесам запрятали. Потом кто-то ходил и эти клады искал – нередко сами хозяева, а чаще всякие настырные люди, знавшие, что в лесу можно найти не только грибы…

Вятские – мужики хватские
Чем дальше шли наши путешествия, тем больше мы получали сообщений о зарытых когда-то кладах и спрятанных драгоценностях. И это в скромном сельском вечно бедном районе! Но не думай о предках свысока – они при капитализме умели ценить копейку и жили далеко не впроголодь, как нам говорили в советских школах. Анализ сообщений показывал, что наибольшее число кладов может оказаться в отдаленных и нередко не существующих деревнях на границе с Кировской областью. Раньше там жили вятские мужики, мастера всяческих ремесел. Земля в этих лесных краях богатых урожаев не давала, но люди нашли источник хороших доходов в развитии разных промыслов: что-то мастерили из древесины, были отличными кузнецами, плотниками, объединялись в артели, уезжали на заработки, занимались извозом. Кроме того, вятский народ умел торговать, зимой мужики обозами ездили в дальние города за товарами. Старожилы приводят массу примеров такой предприимчивости, которую в людях уничтожила потом советская власть с ее раскулачиванием, колхозами и уравниловкой.
- Эх, самый большой клад тут лежит на одной маленькой речке! – убеждал меня один опытный человек. – Когда всех в колхозы начали загонять, бабушка фамильное серебро и золото в железный ларец сложила и спустила в воду в приметном местечке. Но где это место – еще надо поискать! – уже с меньшим энтузиазмом продолжал знакомый.
- Говорят, тут болото есть, где потонула тройка с возом, нагруженным деньгами?
- Слышал и эту легенду, но болот у нас много. В которое лезть?
- Да тут в большом селе, когда котельную строили, много монет нашли, разбросанных по огороду. Давайте туда съездим!
- Основатель нашей деревни, рассказывают, грабежом занимался. И большой клад спрятал неподалеку от села, возле родника. И тополя там до сих пор стоят, и родник приметный! – убеждал меня другой старожил.
- Знаю, знаю место, где мой дедушка свои деньги зарыл! В чугунке они, сверху парафином залиты для надежности! – убеждал еще один человек.
Но из дальнейшей беседы оказывается, что место это или где-то в далеких краях, или человек там в последний раз был опять же в босоногом детстве. Словом, для поисков надо создавать чуть ли не экспедицию.
- В нашей прохоровской стороне немало кладов можно поискать, - рассказывает другой человек. – Как-то мой знакомый нашел в своем огороде золотую монету: то ли рубль, то ли пятак. Пошел с ним пешком в Балезино, а вернулся уже на велосипеде! Столько ему денег за одну монетку дали! Он потом весь огород перелопатил, но ничего не нашел. Другие ребята уже послевоенные годы нашли чугунок с деньгами. Увы, они оказались первых лет советской власти, продать их выгодно не удалось…
А нашего кладоискателя, кстати, один из красногорцев свозил туда, где должен был лежать семейный клад. Даже известно, в чем – в сундуке, окованном железными полосками. Помните, в таких в старину невесты свое приданное копили? Так вот, приехали они на заветное место, а там старая ямка, на дне которой ржавые кусочки от обивки сундука. Кто-то уже унес клад, причем лет десять назад! Прозевал хозяин свои ценности!
Таким образом, в наших руках пока пусто. Хотя отрицательный результат – это тоже результат. По крайней мере, собрали букет легенд о местных кладах. Еще одно усилие – и хоть один мы найдем!
Анатолий Гончаров.

Кладоискатели

Первые упоминания о кладоискателях пришли к нам еще со времен Киевской Руси. Тогда искали «варяжские» клады. Варяги как профессиональные воины за годы странствий и грабежей скапливали неплохие состояния. По описаниям варяжские клады состояли из «златых сосудов латинских», т.е. из награбленных во время походов варягов предметов столовой посуды.

Самая известная история говорит о том, что такую «поклажу» нашли в пещере близ Киево-Печерского монастыря. С тех пор пещера называется «варяжской».

Долгое время такой профессии, как кладоискатель, не существовало. Все находки были случайными. Так в 1524 году новгородцы во время ремонта нашли в церкви Св. Параскевы Пятницы сокрытый там неизвестно кем клад. Интересно, что святая Параскева как раз покровительствует торговле. Вероятно, кто-то из купцов решил для надежности припрятать свою казну именно в «купеческом» храме.

Одним из первых легендарных кладов стал клад Степана Разина. Когда Разина вместе с братом Фролом увели на казнь, тюремщики уже не ожидали увидеть прежних постояльцев.

Самого атамана они действительно больше не видали, а вот его брата Фрола с Лобного места неожиданно опять вернули в тюрьму. И дело было не в особой царской милости; попросту прямо перед плахой Фрол пообещал выдать местонахождение спрятанных Разиным сокровищ. Это отчаянное заявление дало ему кое-какой выигрыш – несколько дополнительных лет жизни (а это подороже любого клада будет).

Во время допроса Разин-младший заявил: «И он (Степан Разин) де все свои письма собрав, и поклал в кувшин денежной, и засмоля, закопал в землю на острову реки Дону на Прорве под вербою, а та де верба крива посередине, а около ее густые вербы, а того де острову вкруг версты две или три».

Описанное место действительно подходило для «схрона», а упоминание о «кувшине денежном» не на шутку раззадорило государевых слуг. Не долго думая, снарядили экспедицию. Но клад так и не нашли.

Сегодня многие историки считают, что никакого атаманского клада не существовало – Фрол попросту дурачил царских воевод, чтобы избежать казни.

Особое распространение кладоискательство получило во времена Петра I. Он даже издал специальный указ, по которому любая найденная «поклажа» объявлялась собственностью государства.

Вместе с огромным числом обуянных золотой лихорадкой копателей появилась и еще одна профессия – торговцы кладовыми записями. Они продавали документы, в которых подробно описывалось местонахождение сокровищ. Вот пример такой кладовой записи:

«...От сеней избы на полдень мар четвероугольный. В нем собраны ратовищи от рогатин. В огороде на реке Алатырь... в конце средней гряды выход. В том выходе четыре осьмины золота, да хомуты и ружье, и посуда серебряная, и образа жемчужные... На той гряде по конец стоит сосна, у той сосны куб на северную сторону, а приметы той сосны: в нее врезано распятие и образ Богоматери».

Несмотря на очевидное жульничество, клиентов у таких продавцов было хоть отбавляй. Известно – блеск золота пьянит посильнее вина. Бояться же мошенникам было нечего. Даже если незадачливый кладоискатель ничего при помощи купленной записи не находил, ему поясняли: плохо, брат, разобрался в записанных указаниях.

Охота за сокровищами была делом опасным. Во-первых, попытка утаить найденное – прямое нарушение закона.

Во-вторых, конкуренты могут бока намять (в лучшем случае). А в-третьих, например, раскопав «бугор» без соответствующих предосторожностей можно было оказаться похороненным вместе с вновь приобретенными ценностями под завалом (многие тайники специально устраивались таким образом, чтобы непрошеные гости навсегда оставались рядом со столь любезным их сердцу золотом).

С подобным случаем столкнулся в 1863 году археолог И. Забелин. Раскапывая скифский курган, он обнаружил в нем захоронение царя и царицы с множеством слуг. Естественно, там же находились золотые украшения, оружие, деньги и… труп предшественника Забелина. Несчастному не повезло в последний момент. Он уже набрал полное ведро золота и в этот момент… рухнул потолок!

Пытался порыскать в скифских курганах и знаменитый кладоискатель Шлиман – человек, раскопавший легендарную Трою. К счастью, слухи о его нечистоплотности дошли к тому времени до Александра II. На прошении Шлимана о въезде в Россию император наложил резолюцию: «Пусть приезжает. Повесим».

А вот вам еще случай. В районе Керчи расположена гора Митридат. По легенде, где-то в ее недрах скрыта скульптура коня понтийского царя Митридата из чистого золота.

Способ ее поиска сводится к следующему: в районе горы покупается дача и из ее погреба начинают рыть под гору подземный ход. Землю выносят на поверхность и разбрасывают. Сегодня под горой целый лабиринт штолен. Недавно в одном из отсеков лабиринта была обнаружена надпись: «Игнат Семенычев. 1837 год».

В общем, ищут уже давненько, но золотого Митридатова коня так никто и не обнаружил.

Цари - кладоискатели

Не миновала страсть к поиску сокровищ и венценосных особ.

Самым удачливым кладоискателем среди правителей России был Иван Грозный. Как-то, во время очередной пьянки, он узнал, что в стенах Новгородской Софии спрятан клад. Не долго думая, вместе с собутыльниками царь вскочил на коней и как вихрь прилетел к стенам храма.

Каково же было удивление настоятеля, когда он среди ночи увидел у ворот пьяного монарха в сопровождении не менее пьяной свиты, да еще и требовавшего немедленно выдать ему клад. Грозный не зря носил свое прозвище – видя, что на его вопросы никто ничего внятного ответить не может, он приказал пытать всех, кто по его представлению мог что-либо знать о сокровищах.

Пытки ничего не дали, тогда Иоанн Васильевич приказал ломать стену храма. И вот тут «просыпались великие сокровища: древние слитки и в гривну, и в полтину, и в рубль». Размер клада был так велик, что его пришлось грузить на несколько подвод. Сокровища под конвоем отправили в Москву.

Не менее известной кладоискательницей была и сестра Петра I – Екатерина Алексеевна. Правда, о ее успехах на этом поприще ничего неизвестно кроме методики поиска. Великая княгиня держала при себе целый штат баб-ворожей, которым строго-настрого наказывала видеть сны про клады. Как только очередной «ясновидящей» снился клад, Екатерина требовала от нее сон растолковать так, чтоб из толкования следовало местонахождение сокровища, а чтоб толковали более усердно, на поиски приснившегося отправляли саму толковательницу.

Конечно, по меркам «профессиональных кладоискателей» того времени и Иван Грозный, и Екатерина в деле поиска сокровищ были полными неучами. Любой уважающий себя «копатель» того времени имел свод правил о том, как правильно искать клад.

Во-первых, на поиски нужно было отправляться в определенный день. Например, «заклятые клады» нельзя брать в руки ни в один день кроме Нового года, Пасхи и Ивана Купалы (иначе клад принесет смерть и большие несчастья).

Считалось, что на Новый год все зарытые деньги вспыхивают синим цветом. Тогда мимо клада точно не пройдешь. В пасхальную ночь сокровища идут искать за околицу. Место, где нужно копать, укажут огоньки. При себе необходимо иметь крест, херувимский ладан, страстную свечку и знать при этом воскресную молитву. При поиске клада в эту ночь строго запрещено браниться.

Помимо трех указанных дней в году есть еще один особо любимый кладоискателями день – день Святого Симона Зеалота, покровителя кладоискателей.

Металлоискатель – приспособление для поиска приключений.

Заняться поиском я мечтал с детства. Очень мне хотелось «видеть сквозь землю»! Там ведь, под землёй, непременно сокровища скрываются! Ну, если не совсем сокровища, то уж интересные-то вещи наверняка!

К сожалению, в те времена не было в свободном доступе металлоискателей. Ходили, правда, разные невнятные слухи о людях, сумевших достать где-то списанный, но исправный армейский миноискатель. И находящих с ним невероятные вещи! Самих этих людей никто не видел, слухи передавались из уст в уста.

Жизнь шла вперёд, времена неудержимо менялись. Наконец, в продаже (в СВОБОДНОЙ продаже!) появились металлоискатели! Сначала неуклюжие, не очень мощные, не очень удобные. Затем – всё лучше и лучше. Стоимость их, правда, была неподъёмной для меня, тогдашнего труженика бюджетной сферы. С трудом удалось наскрести половину суммы, вторую половину взять в долг. И вот ОН – мой! Овеществлённая мечта детства – МЕТАЛЛОИСКАТЕЛЬ!

Кто бы мог предполагать, что в поверхностном слое земли кроется СТОЛЬКО предметов из металла, совершенно не видимых глазами! Кто бы знал, сколько я накопал алюминиевых водочных пробок, кусочков проволоки, запчастей к сельхозтехнике! Но были и находки, ради которых я, собственно, и затевал всё это – монеты, нательные крестики и иконки, разные забавные бытовые штучки.

Удовлетворив первичную страсть к поиску, я стал анализировать свой пока ещё невеликий опыт. Размышления мои касались прежде всего самого прибора. То, что мне в нём представлялось верхом совершенства, на деле оказалось не таким уж хорошим. Глубина обнаружения оставляла желать лучшего, уровень «глючности» превосходил все разумные пределы. Поэтому неудивительно, что довольно скоро я начал подумывать о приобретении нового прибора.

Рынок металлоискателей при ближайшем рассмотрении оказался неожиданно обширен! Моделей и фирм-производителей – тьма! Самому разобраться в этом многообразии не представлялось возможным. Пришлось прибегнуть к мудрости более опытных знакомых.

Отсеяв «злаки от плевел», я отмёл большинство моделей и остановился на двух приборах: фирмы GARRETT – GTI2500 и фирмы MINELAB – Explorer SE. Обе фирмы – известные и солидные, оба прибора – высшие модели в линейках своих фирм. Рекламным проспектам я как-то не очень доверяю, поэтому хорошо, что у меня была возможность «проконсультироваться со специалистами»! А именно – взять у друзей и протестировать и тот, и другой приборы.

Не буду описывать многочисленные испытания, скажу только, что выбор мой был однозначен. Я выбрал для себя Explorer. И ни разу впоследствии об этом выборе не пожалел!

??????????

???????????

??? ? ????????????????

??????? ??????? ?????, ???????!!!

????? ??????????

????????? ???????

???? ??????