Доброго времени суток, коллеги!!!

Первые упоминания о кладоискателях пришли к нам еще со времен Киевской Руси. Тогда искали «варяжские» клады. Варяги как профессиональные воины за годы странствий и грабежей скапливали неплохие состояния. По описаниям варяжские клады состояли из «златых сосудов латинских», т.е. из награбленных во время походов варягов предметов столовой посуды.

Самая известная история говорит о том, что такую «поклажу» нашли в пещере близ Киево-Печерского монастыря. С тех пор пещера называется «варяжской».

Долгое время такой профессии, как кладоискатель, не существовало. Все находки были случайными. Так в 1524 году новгородцы во время ремонта нашли в церкви Св. Параскевы Пятницы сокрытый там неизвестно кем клад. Интересно, что святая Параскева как раз покровительствует торговле. Вероятно, кто-то из купцов решил для надежности припрятать свою казну именно в «купеческом» храме.

Одним из первых легендарных кладов стал клад Степана Разина. Когда Разина вместе с братом Фролом увели на казнь, тюремщики уже не ожидали увидеть прежних постояльцев.

Самого атамана они действительно больше не видали, а вот его брата Фрола с Лобного места неожиданно опять вернули в тюрьму. И дело было не в особой царской милости; попросту прямо перед плахой Фрол пообещал выдать местонахождение спрятанных Разиным сокровищ. Это отчаянное заявление дало ему кое-какой выигрыш – несколько дополнительных лет жизни (а это подороже любого клада будет).

Во время допроса Разин-младший заявил: «И он (Степан Разин) де все свои письма собрав, и поклал в кувшин денежной, и засмоля, закопал в землю на острову реки Дону на Прорве под вербою, а та де верба крива посередине, а около ее густые вербы, а того де острову вкруг версты две или три».

Описанное место действительно подходило для «схрона», а упоминание о «кувшине денежном» не на шутку раззадорило государевых слуг. Не долго думая, снарядили экспедицию. Но клад так и не нашли.

Сегодня многие историки считают, что никакого атаманского клада не существовало – Фрол попросту дурачил царских воевод, чтобы избежать казни.

Особое распространение кладоискательство получило во времена Петра I. Он даже издал специальный указ, по которому любая найденная «поклажа» объявлялась собственностью государства.

Вместе с огромным числом обуянных золотой лихорадкой копателей появилась и еще одна профессия – торговцы кладовыми записями. Они продавали документы, в которых подробно описывалось местонахождение сокровищ. Вот пример такой кладовой записи:

«...От сеней избы на полдень мар четвероугольный. В нем собраны ратовищи от рогатин. В огороде на реке Алатырь... в конце средней гряды выход. В том выходе четыре осьмины золота, да хомуты и ружье, и посуда серебряная, и образа жемчужные... На той гряде по конец стоит сосна, у той сосны куб на северную сторону, а приметы той сосны: в нее врезано распятие и образ Богоматери».

Несмотря на очевидное жульничество, клиентов у таких продавцов было хоть отбавляй. Известно – блеск золота пьянит посильнее вина. Бояться же мошенникам было нечего. Даже если незадачливый кладоискатель ничего при помощи купленной записи не находил, ему поясняли: плохо, брат, разобрался в записанных указаниях.

Охота за сокровищами была делом опасным. Во-первых, попытка утаить найденное – прямое нарушение закона.

Во-вторых, конкуренты могут бока намять (в лучшем случае). А в-третьих, например, раскопав «бугор» без соответствующих предосторожностей можно было оказаться похороненным вместе с вновь приобретенными ценностями под завалом (многие тайники специально устраивались таким образом, чтобы непрошеные гости навсегда оставались рядом со столь любезным их сердцу золотом).

С подобным случаем столкнулся в 1863 году археолог И. Забелин. Раскапывая скифский курган, он обнаружил в нем захоронение царя и царицы с множеством слуг. Естественно, там же находились золотые украшения, оружие, деньги и… труп предшественника Забелина. Несчастному не повезло в последний момент. Он уже набрал полное ведро золота и в этот момент… рухнул потолок!

Пытался порыскать в скифских курганах и знаменитый кладоискатель Шлиман – человек, раскопавший легендарную Трою. К счастью, слухи о его нечистоплотности дошли к тому времени до Александра II. На прошении Шлимана о въезде в Россию император наложил резолюцию: «Пусть приезжает. Повесим».

А вот вам еще случай. В районе Керчи расположена гора Митридат. По легенде, где-то в ее недрах скрыта скульптура коня понтийского царя Митридата из чистого золота.

Способ ее поиска сводится к следующему: в районе горы покупается дача и из ее погреба начинают рыть под гору подземный ход. Землю выносят на поверхность и разбрасывают. Сегодня под горой целый лабиринт штолен. Недавно в одном из отсеков лабиринта была обнаружена надпись: «Игнат Семенычев. 1837 год».

В общем, ищут уже давненько, но золотого Митридатова коня так никто и не обнаружил.


Цари - кладоискатели

Не миновала страсть к поиску сокровищ и венценосных особ.

Самым удачливым кладоискателем среди правителей России был Иван Грозный. Как-то, во время очередной пьянки, он узнал, что в стенах Новгородской Софии спрятан клад. Не долго думая, вместе с собутыльниками царь вскочил на коней и как вихрь прилетел к стенам храма.

Каково же было удивление настоятеля, когда он среди ночи увидел у ворот пьяного монарха в сопровождении не менее пьяной свиты, да еще и требовавшего немедленно выдать ему клад. Грозный не зря носил свое прозвище – видя, что на его вопросы никто ничего внятного ответить не может, он приказал пытать всех, кто по его представлению мог что-либо знать о сокровищах.

Пытки ничего не дали, тогда Иоанн Васильевич приказал ломать стену храма. И вот тут «просыпались великие сокровища: древние слитки и в гривну, и в полтину, и в рубль». Размер клада был так велик, что его пришлось грузить на несколько подвод. Сокровища под конвоем отправили в Москву.

Не менее известной кладоискательницей была и сестра Петра I – Екатерина Алексеевна. Правда, о ее успехах на этом поприще ничего неизвестно кроме методики поиска. Великая княгиня держала при себе целый штат баб-ворожей, которым строго-настрого наказывала видеть сны про клады. Как только очередной «ясновидящей» снился клад, Екатерина требовала от нее сон растолковать так, чтоб из толкования следовало местонахождение сокровища, а чтоб толковали более усердно, на поиски приснившегося отправляли саму толковательницу.

Конечно, по меркам «профессиональных кладоискателей» того времени и Иван Грозный, и Екатерина в деле поиска сокровищ были полными неучами. Любой уважающий себя «копатель» того времени имел свод правил о том, как правильно искать клад.

Во-первых, на поиски нужно было отправляться в определенный день. Например, «заклятые клады» нельзя брать в руки ни в один день кроме Нового года, Пасхи и Ивана Купалы (иначе клад принесет смерть и большие несчастья).

Считалось, что на Новый год все зарытые деньги вспыхивают синим цветом. Тогда мимо клада точно не пройдешь. В пасхальную ночь сокровища идут искать за околицу. Место, где нужно копать, укажут огоньки. При себе необходимо иметь крест, херувимский ладан, страстную свечку и знать при этом воскресную молитву. При поиске клада в эту ночь строго запрещено браниться.

Помимо трех указанных дней в году есть еще один особо любимый кладоискателями день – день Святого Симона Зеалота, покровителя кладоискателей.

Заняться поиском я мечтал с детства. Очень мне хотелось «видеть сквозь землю»! Там ведь, под  землёй, непременно сокровища скрываются! Ну, если не совсем сокровища, то уж интересные-то вещи наверняка!

       К сожалению, в те времена не было в свободном доступе металлоискателей. Ходили, правда, разные невнятные слухи о людях, сумевших достать где-то списанный, но исправный армейский миноискатель. И находящих с ним невероятные вещи! Самих этих людей никто не видел, слухи передавались из уст в уста.

       Жизнь шла вперёд, времена неудержимо менялись. Наконец, в продаже (в СВОБОДНОЙ продаже!) появились металлоискатели! Сначала неуклюжие, не очень мощные, не очень удобные. Затем – всё лучше и лучше. Стоимость их, правда, была неподъёмной для меня, тогдашнего труженика бюджетной сферы. С трудом удалось наскрести половину суммы, вторую половину взять в долг. И вот ОН – мой! Овеществлённая мечта детства – МЕТАЛЛОИСКАТЕЛЬ!

       Кто бы мог предполагать, что в поверхностном слое земли кроется СТОЛЬКО предметов из металла, совершенно не видимых глазами! Кто бы знал, сколько я накопал алюминиевых водочных пробок, кусочков проволоки, запчастей к сельхозтехнике! Но были и находки, ради которых я, собственно, и затевал всё это – монеты, нательные крестики и иконки, разные забавные бытовые штучки.

       Удовлетворив первичную страсть к поиску, я стал анализировать свой пока ещё невеликий опыт. Размышления мои касались прежде всего самого прибора. То, что мне в нём представлялось  верхом совершенства, на деле оказалось не таким уж хорошим. Глубина обнаружения оставляла желать лучшего, уровень «глючности» превосходил все разумные пределы. Поэтому неудивительно, что довольно скоро я начал подумывать о приобретении нового прибора.

       Рынок металлоискателей при ближайшем рассмотрении оказался неожиданно обширен! Моделей и фирм-производителей – тьма! Самому разобраться в этом многообразии не представлялось возможным. Пришлось прибегнуть к мудрости более опытных знакомых.

       Отсеяв «злаки от плевел», я отмёл большинство моделей и остановился на двух приборах: фирмы GARRETT – GTI2500 и фирмы MINELAB – Explorer SE. Обе фирмы – известные и солидные, оба прибора – высшие модели в линейках своих фирм. Рекламным проспектам я как-то не очень доверяю, поэтому хорошо, что у меня была возможность «проконсультироваться со специалистами»! А именно – взять у друзей и протестировать и тот, и другой приборы.

       Не буду описывать многочисленные испытания, скажу только, что выбор мой был однозначен. Я выбрал для себя Explorer. И ни разу впоследствии об этом выборе не пожалел!